суббота, 30 августа 2008 г.

Метафизика пола между колонн.


М. Фуко: Мне кажется, дело в том, что
в конце XVIII века архитектура стала
связывать себя с разрешением насущных
вопросов роста населения, здравоохранения,
градостроительства. Прежде искусство
строить отвечало главным образом
на потребности проявлять власть,
божественность, силу.
Главными формами здесь были дворец и
церковь, к которым надо также добавить
и укрепления, ибо так проявлялось могущество,
так выражали суверенность, так отображали
Бога. Вокруг этих требований с давних пор
и развивалась архитектура.

Фуко Мишель Интеллектуалы и власть:
Избранные политические статьи,
выступления и интервью. М.: Праксис, 2002.



...Вы когда-нибудь замечали, что капитель ионийской колонны напоминает женскую грудь? Известно, что слово «капитель» происходит от латинизма «caput», id est «голова», но наше зрение, как ни слабеет оно на протяжении лет и тысячелетий, наше восприятие не склонно обманывать нас, когда дело касается столь очевидной, контрастирующей с мороком симулякров, вещи. И действительно, позже мы узнаём, что ионийский ордер (как архитектурная доктрина) считается «женским», дорический, с его угловатыми, порой нарочно огрубленными, но геометрически правильными формами — мужским. Ионийские колонны поддерживали фасции, иначе - фаски (полки, на которых держится тимпан, фронтон, и другие элементы крыши) храмов богинь — Геры, Афродиты, Артемиды; самая известная колоннада принадлежала афинскому Акрополю.

Между тем. листая альбомы с архитектурными чертежами, нельзя не заметить, что от века к веку, ближе к нашей (?) эре, дорическая колонна, «мужественная», обретает какой-то подозрительный, не характерный для мужской фигуры энтазис (утолщение сверху вниз, а не снизу вверх, конус, а не треугольник, «вставший» на вершину). При том, что достоверными сведеньями мы не располагаем, и при том, что архитектурные памятники подлинной архаики не «дожили» до нашего скверного времени, заметим: элементарная логика и интуиция наделяет дорическую колонну - «мужественной стройностью», ионийскую колонну - женственными атрибутами. Схематическим символом «бёдер».

Почем этого не случается? На чертежах сооружений, известных в IV веке до н.э дорические и ионийские колонны уже одинаково стройны, от капители до стилобата грани колонн,.каннелюры (в дорическом) и просто «дорожки» в ионийском, кажутся почти параллельными. N.B. Почти случайно вспомним изречение Евгения Всеволодовича Головина о том, что благодаря «двум центрам» женщина ощущает себя устойчивей на земле. В некий определённый момент, назовём его — становлением неоматриархата, все колонны приобретают отчётливо округлую, цилиндрическую форму, вместе со странным символически, но совершенно оправданным прагматически утолщением от капители к основанию. Как если бы дорический ордер постепенно перенимал «опыт» ионийского. Дорические колонны на большой дистанции представляются совершенно плоскими, - светотени не за что уцепиться; энтазис прибавил им устойчивости, но не «экспрессии»», выразительности формы.

Впрочем, дорический ордер был почти полностью вытеснен в эпоху римского владычества в Элладе. Латиняне переняли у коринфян помпезную детализацию вместе с основополагающими принципами архитектуры. Но мы забегаем вперёд. Вернём к нашим «женщинам».
Между тем же (ордером), ионийская колонна не становится «вровень» с дорической, напротив, она продолжает «стройнеть», «прихорашиваться», благодаря предприимчивым вышеупомянутым коринфянам: «женская грудь», раннее «влекущая» к себе спираль (благодаря светотени она кажется выпуклой) скрывается за пышными растительными узорами. Обратим внимание на то. что самая древняя коринфская колонна известна в храме Аполлона в Бассах, ныне — Вассе в Пелопоннесе, сооруженном около 430 года до н.э. Это означает, что к IV веку до известного события произошла грандиозная трансформация античного символизма: метафизика пола потеснена символами не антропоморфного порядка.

Боги, творившие Сущее эротически; Великие матери — посредством Приапа (фаллическое божество, рождённое от внебрачной связи Афродиты и Диониса, согласно Павсанию. в Схолии к Аполлонию Родосскому I. 932.; по другим источникам Приап и есть скрытый фаллос Великой Матери, Деметры или Гекаты); Отец — из самой Материи, воплощённой то в смертных, то в иноматериальной сущности, покидают мир. Аполлонийская культура, рождённая одновременно со смертью Сократа, вдохновлялась иным, она была склонна к рефлексивному, а не стихийному началу пола. Особого внимания заслуживает то, что знаменитый коринфский, как позже — римский, «растительный узор» капители как бы «произрастает изнутри, из того едва заметного элемента капители, который именуется иоником. N.B. О генеалогии Гомера долго спорили эолийцы с ионийцами. Победили, как известно, последние, доказав, что за Гомером записывали именно они, стало быть. сочинял «слепец» на ионийском диалекте.

Завоеватели с италийского полуострова только упрочняли новый, скажем так — инфрачеловеческий канон, в котором нет ничего от мужчины и от женщины. Нет диады, органически дополнявшей полярно различающиеся элементы друг друга. Подтверждение тому: архитектура латинян: коринфская капитель украсила совершенно «голую», строго перпендикулярную стилобату и стереобату (основаниям). Скоро, очень скоро, этот «нагой столб», который не мужественен, не фалличен, и не женственен, как принято сейчас поговаривать «ощутит себя» христианином. Но это совсем уже другая история.


Надо ἐκλῦσαι σκληρᾶς ἀοιδοῦ δασμόν Они кагбэ желают нам ЗлаЪ.


(оригинал, да, когда-то я тоже "владел фотошопом)

Информационное поле не свободно от архонтического диспозитива, чтобы там не транслировали круглосуточно on-line EFF и Барлоу. Ещё одна схема развёртывание Предистинации стала очевидной: до сих пор вольготно чувствующие себя вне коммерции и вне конкуренции блогеры были вынуждены за прошедшие сутки урезать оформительский рацион или заплатить налоги, не заснув спокойно.

Да, спонсируемые аккаунты были обречены с самого начала. Но, - это было лишь символическим жестом, - нам погрозили пальчиком, когда мы отказывались за что-то платить (нервами и глазными болезнями, сродни отслоению сетчатки после ежедневного многочасового просмотра баннеров). Можно быть уверенным, что аскетический basic в ближайший год обрастёт рекламной шелухой. В спонсируемых помещались мерцающие и пёстрые прямоугольники циклопических для мониторов размеров.
Горизонтальная панель осталась прежней - не пройдёт и род сей, как в базовые аккаунты начнут прикручивать эту "порочную горизонталь", лицезреть которую удостоятся и "залогиненные" пользователи.

воскресенье, 24 августа 2008 г.

Краткая история Розового.


В истории культуры и искусства ХХ века, как и всех предыдущих, розовому цвету особенно не повезло: премодерн оперировал преимущественно дуальным колоритом. Роман о Розе [Le Roman de la Rose] - первая часть, написанная Гильомом де Лоррисом, содержала всего 4000 строк, Жан де Мён Клопинель присовокупил свои «пять копеек», увеличив объём поэмы до восемнадцати тысяч строк, - громоздкая система аллегорий не содержала «переходных» оттенков. Не напрасно куртуазный роман полюбился теософам и манихеям: и те, и другие сообщали этическим и эстетическим категориям Добра и Зла отчётливые контуры и определённую цветовую гамму, - это было продиктовано эзотерическим символизмом.

Тем не менее, на сохранившихся достаточно хорошо иллюстрациях мы можем зафиксировать невооружённым глазом «означенный» цвет. Meister des Rosenromans не рассчитывал на реставрацию, - иллюстрация поблекла по прошествии почти шести веков (работа датирована 1420-ми годами), но к решаемым вопросам отношения не имеет. Уже при прочтении не слишком удачно переведённых фрагментов становится очевидным: «цветовой спектр» поэмы довольно скуден, - его содержание напоминает то, о чём пишет в «Эволюции эстетики средневековья» Умберто Эко [«Эволюция средневековой эстетики» (Sviluppo dell’estetica medievale, 1959). пер. с итал. Ю. Ильин, М.: Амфора, 2004]:

Άποιχόμενοί βίοι παράλλελοι