суббота, 20 сентября 2008 г.

Άμφί τινι λόγος οί κατά τά γράμματα νόμοι


Ну, вот мы опять температурим, кашляем, водку арбузом заедаем, только и могём, что книжки читать и злые глупости в нашем уютном бложике печатать. Только мы увлеклись тщательным прочтением Георга фон Веллиинга, как он начал излагать выспренне-терапевтическую энциклику-скверну на Бесов, Агхори и других благородных существ.
Собственно, из "Маго-каббалического и теософского трактата", гл. III, § 39.
Во-первых, здесь в особенности речь не идёт о человеке, как чуде создания всей Природы, и наша цель - не рассказ о человеке из Эдема, созданного из Aphar min Haadamah, (праха Эдемского) по образу и подобию Elohim. Но мы здесь рассакажем о человеке элементарной обители, то есть, о плоти, приобретённой им после падения. Теперь, что касается субстанции человеческой плоти, то не найти ничего подобного, ни у единой другой твари, ни в воздухе, ни на земле, ни в водах; об этом сказано Св. Павлом в

Первом Послании Коринфянам, XV, 39, где читаем: "
Не всякая плоть такая же плоть, но иная плоть у человеков, иная плоть скотов, иная у рыб, иная у птиц".
Это ещё больше указывает на искусственное расстворение человеческой плоти в его элеме6нтарных началах; между тем, как ни одна плоть под Солнцем не содержит в себе так много Серы и Солей, как человеческое тело и кровь; все другие создания составлены лишь из одних элементов или Principiis secundariis, пропорционально их виду. Рыбы и вся домашняя птица из элемента воды; все звери скот и пресмыкающиеся из Земли.
Итак, собственно они не имеют частицы Тьмы, как затем её сверх всякой меры получил человек, через проклятое падение, но проклятье является лишь облачением сверху; отсюда человек содержит в себе принцип Тьмы и Проклятья гораздо больше, чем все остальные создания.
<...>
Напротив, совершенно другое свойство у одержимого в стране Гадаринской [Марк, V], пребывающего лишь в зловонных, нечистых гробах, где он проводит ужасную, буйную, тёмную жизнь и является жилищем легиона Бесов. Их плоть и кровь, пред спасением через Иисуса Христа была чрезвычайно вредной и опасной телу и душе иного человека. Подобным образом и достаточно часто проявляют себя колдуны своим колдовством, при помощи подобных мумифицированных субъектов, причиняющих вред человеку и скоту, от чего невозможно никоим образом исцелиться, кроме как посредством чистой, истинной божественно Магии.
Для этого в частности требуется мумифицированное, но только лишь известных людей, благодаря чему причинённое им горе может снова вернуться колдуну, чтобы подобное не могло вернуться назад даже Сатаною со всем его коварством. Затем, нужно верно понимать только Огонь Суда и человеческую Mumia, но сие является тайной, вследствии определённых причин, и не может быть разглашаемо.
§ 40 То различие, ранее упомянутое и существующее между набожными и безбожжниками, подобным образом имеем с больным и здоровым, и, совершенно ясно, что труп умершего от болезни человека подлежит разрушению. Но приведённая цитата очень далеко уводит нас от нашей цели, и здесь необходимо указать любителю истинной науки на прекрасный трактат Томмазо Кампанеллы, Magia de sensu rerum, где это изложено в совершенстве. Между тем иные, которые совершенно свободно применяют человеческие мумии, должны отметить себе то, что этот древний и общеупотребительный обычай глубоко ошибочен. Ибо посредством таких мумий (всех, утративших жизнь из-за болезни), привлекается больше вреда, чем пользы, в особенности, когда мумия, имеется в виду смерть от болени, худо симпатизирует пациентам.
Затем, можно было бы отметить лишь действие gummi, смолы или иных традиционно применяемых при бальзамировании пряностей, но таковые в подобном случае никоим образом не предписываются вместе с человеческой мумией, ибо это представляло бы собой вещь, убивавющей выздоравливающего человека. Далее можно также и черепа такого человека приготовить уникальное лекарство против эпилепсии, растворяемое без всякой силы Огня, посредством самой Природы, без принуждающей помощи терзающего Огонь лаборанта.
----------------------------------------------------------------
Из хорошего: Георг фон Веллинг не любит Картезия. Он очень не любит Картезия. Ещё он очень не любит Лейбница, и называет объекты своей большой нелюбви "философствующими", и пишет о них скабрезнее этих наших маргиналий на минных полях уютных бложиков.
=====================================
Ещё вот что: некие злокозненные диаволопоклонники разыскали для нас книжку нашей юности безусой, "Трон Люцифера" Еремея Иудовича Парнова. Прочитывая эту очень удобочитаемую и многим более уютную и сдержанную, чем "Язык птиц" Грассе д'Орсе, книжку, скачать которую можно здесь с "Депозита", вспомнилось розановское:
Почти не встречается еврея, который не обладал бы каким-нибудь талантом; но не ищите среди них гения. Ведь Спиноза, которым они все хвалятся, был подражателем Декарта. А гений неподражаем и не подражает.
Одно и другое - талант, и не более чем талант, - вытекает из их связи с Божеством. "По связи этой" никто не лишен некоторой талантливости, как отдаленного или как теснейшего отсвета Божества. Но, с другой стороны, все и принадлежит Богу. Евреи и сильны своим Богом и обессилены им. Все они точно шатаются: велик - Бог, но еврей, даже пророк, даже Моисей, не являет той громады личного и свободного "я", какая присуща иногда бывает нееврею. Около Канта, Декарта и Лейбница все евреи-мыслители - какие-то "часовщики-починщики". Около сверкания Шекспира чтó такое евреи-писатели, от Гейне до Айзмана? В самой свободе их никогда не появится великолепия Бакунина. "Ширь" и "удаль", и - еврей: несовместимы. Они все "ходят на цепочке" перед Богом. И эта цепочка охраняет их, но и ограничивает.


Играй, юда, играй в герметику, миноритарные группировки, франкмасонов, сатанистов и прочих; куда там ассимилянтам, у которых каббала чередуется с античным Мифом (приветсвуем шестовскую дихотомию Афины - Иерусалим) даже до беззастенчиво глупых французов, раздражительных по пустякам германцев, и вечного пейоратива "умный русский". Но, придраться к этому ЕРЖ никак нельзя: хороший такой истинный евреец, старательный, много интересного рассказывает, сочувственно относится к тому, что мерзкопакостные керигматики оболгали и "исправили" на свой манер. А то, что на коротком поводке у Иалдабаофа - кто из них без ошейника?
Цитата:
Число ангелов и духов стихий бесконечно, поэтому нам придется закончить знакомство с невидимым миром на символической фигуре Самаеля. Для полноты картины упомянем еще первого и последнего персонажей в списке 72 высших разумных существ астрального мира (Вегуя и Вералия) и назовем нескольких гениев знаков зодиака. Каждый из них управляет десятью градусами, или одним деканом, и поэтому на один знак приходится трое дежурных. Для Козерога это будут Темезо, Енимо, Гомот; для Весов — Серукут, Атерешинис, Арпиен. При совершении магических действий следовало задобрить и ангела часа, и зодиакального гения, не забыв, конечно, и соответствующих планетных духов.
В именах божьих и ангельских, собственно, и кроется назначение прикладной каббалы, потому что, по учению мистиков, целенаправленное их написание способно творить великие чудеса. Вспомним хотя бы «Звезду Соломона» А. И. Куприна, где скромный молодой человек — любитель кроссвордов — случайно угадывает недостающее имя: Афроа-Аместигон. Мефистофель, являющийся к нему под видом Мефодия Исаевича Тоффеля, выступает олицетворением буй-Ных стихийных сил, которые су-мел подчинить себе библейский Царь — повелитель демонов. Имя "Мефистофель, кстати, тоже составлено из древнееврейских слов «мефиз» — разрушитель и «Тофиз» — лжец.
В «Фаусте» он однажды упомянут как Воланд, что позволило Булгакову обогатить литературный пандемониум совершенно оригинальным героем.
В личной библиотеке Гёте в Веймаре мне показали переплетенный в кордовскую кожу том «Магии, кабалистики и теософии» Георга фон Веллинга (1652—1727), которым пользовался создатель «Фауста». Рассматривая его собственноручные пометки, я натолкнулся на знак микрокосма в виде человеческой фигуры, вписанной в пятиконечную звезду. «Ты испугался пентаграммы?» — спрашивает Мефистофеля Фауст.
Ангелы, демоны, элементалии, гении, духи, античные боги, гомункулусы, оборотни — все порождения мистики и каббалы встречаются на страницах грандиозной по замыслу и исполнению поэмы, восславившей мощь человеческого разума. Обратимся вновь к фантасмагорическому видению Иезекииля, жреца Иерусалимского храма. В раннехристианской символике оно нашло четкое астральное выражение. Человекоглавый сфинкс Матфея, орел Иоанна, лев Марка и бык Луки сделались олицетворением новозаветного кватерне-ра: четырех сторон света, четырех ветров и четырех евангелий.
В христианских манускриптах II—III веков встречается магическая гексаграмма с пронумерованными зубцами и итоговой суммой 21 в центре. По четырем сторонам от нее расположены головы сфинкса, орла, льва и быка. В средние века эта кабалистическая фигура получила наименование «корона магии». Головы сопутствующих евангелистам тварей, расположенные крестом по периметру, украшают и дипломы всевозможных масонских лож, подчеркивая космическую сущность божественного промысла.
Точно так же в индо-буддийской астральной мистике страны света представляют конь, слон, лев и бык.
Умозрительное учение каббалы исходит из идеи сокровенного неизреченного божества, которое, будучи выше любого определения, неизбежно ограничивающего сущность, может быть названо только Энсоф, или «Бесконечное». Дабы выделить в себе самом место для конечных существований, Эн-соф преднамеренно идет на самоограничение—«тайна стягивания»,— порождающее миры. Не изменяя непостижимой сути неизреченного, это позволяет ему явить себя существам конечной природы. Энсоф — это «Старец дней», древний круг света, закрытое око.
До внешнего проявления все заключалось в нем, в его нулевой Вселенной, и имя его было ничто. Когда в пустоте абсолюта обозначилась начальная световая точка, в которой проявился замысел демиурга, стала формироваться умопостигаемая Вселенная — плод творческой мысли и производительных сил, причина и начало всего сущего. Изливаясь в предвечную пустоту, животворный свет Энсофа образует постепенно затухающие, по мере удаления от центра, сферы эманации. Доступный лишь мысли, свет этот, однако, не обладает вещественной природой, и его первоначальные лучи не более чем основные формы или категории бытия — 32 пути премудрости (10 сефирот и 22 буквы), из которых каждая соответствует божьему имени. В кабалистических сочинениях, древних и новейших, сефироты представлены в виде «древа жизни»— наглядной схемы, жестко связывающей между собой абстрактные элементы мироздания: Венец (Кетэр), Мудрость (Хохма), Ум (Вина), Милость или Великодушие (Хесед или Гедула), Крепость или Суд (Гебура или Дин); Красота или Великолепие (Тифэ-рет), Торжество (Нэцах), Славы или Величие (Ход), Основание (Иесод) и Царство (Малахут). Эти силы александрийца Филона, эоны гностиков.
Мыслимые как части единого целого, сефироты образуют форму совершенного существа — первоначального человека Адама — Кадмона. Для большей нагляднаясти и в полном соответствии с acтрологическим принципом они соотносятся с отдельными частями человеческого тела: Кетэр — чело, Хохма и Вина — глаза, Хэсед и Дин — руки, Тифэрет — грудь, Нэцах и Ход — бедра, Иесод и Малхут — ноги.
Подобно тантре, каббала привносит в «древо жизни» половой признак, выделяя помимо божественной эманации его женскую ипостась — Шекину (Скинию). В известном смысле Шекина — это индуистская Шакти. В книге «Зогар», написанной Моисеем де Леоном (1250—1305), Адам — Кадмон совмещает в себе три или даже четыре лица, представляемые сложными комбинациями мужских (правых) и женских (левых) сефиротов, что также формально перекликается с тантрой правой и левой руки. По примеру многих герметиков Моисей де Леон приписал свое соч чинение знаменитому предшественнику, а именно Симону бен Иохаю (II в.), которого, согласно Талмуду, вразумил сам ангел Ме-татрон. Мрачный спиритуализм этого сочинения произвел сильное впечатление на современных де Леону и последующих оккультистов. Впервые напечатанные в Мантуе в 1558—1562 годах обе книги каббалы не переставали переиздаваться. Кабалистическими методами живо интересовались итальянский гуманист Пико делла Мирандола и немецкий ученый Рейхлин, написавший, в частности, книгу «О кабалистическом искусстве». Отдали ей самую щедрую дань и «пэры» европейского герметизма: Агриппа Неттесгеймский, Парацельс, Вильгельм Постель, Роберт Флудд и Генрих Мор. Современные маги, знающие о каббале лишь понаслышке, тем не менее широко пользуются ее терминологией и детально разработанными списками ангельских чинов. Отсюда ясно, почему наряду с прочей литературой по магии кабалистические книги издаются на Западе массовым тиражом. Так, вышедшая в 1949 году в Нью-Йорке под редакцией Г. Шолема «Книга Сияния» была издана массовым тиражом в 1963 году и с тех пор почти ежегодно переиздавалась. Несколько изданий выдержал во Франции, Англии и США рассчитанный на широкого читателя сборник «Универсальный смысл каббалы». Известное лондонское издательство «Сэмис и Хадсон» включило кабалистическую литературу в свою прекрасно иллюстрированную серию «Искусство фантазии», в которой «Каббала» Зеев бен Шимона Галеви закономерно дополняет очерки по алхимии, астрологии, магии, тантре, дзэн-буддизму, Даосизму, суфизму и т. д. В разных странах ведется работа по изданию трудов кабалистов-осно-Воположников: Исаака Слепого из Поскьеро, Азриеля, Нахмани-Да, Ибн Латифа, Исаака Лурия, Абулафия и других.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Άποιχόμενοί βίοι παράλλελοι